• Главная
  • О проекте
  • Контакты
  • Панель управления


    *


    *

                     
  • Регистрация

    *
    *
    *
    *
    Защитный Код:
    Введите Код:




    Полная Регистрация!

  • Интересное


    Вода



    Вода – один из четырех первоэлементов, из которых состоит мир. Греческий философ Фалес (VI век до н.э.) считал, что вода – первооснова всего, а земля в виде плоского круга плавает в водах безграничного океана. Мифы многих народов утверждают, что вода существовала до сотворения мира и будет существовать после его гибели. Беспредельные темные воды, над которыми летает дух Божий – библейский символ первозданного хаоса.

    Боги древних шумеров создают небо и землю из тела водяного чудовища Тиамат, побежденного в космической битве. Бегемот, Левиафан, гидра, морской змей и, наконец, такие относительно поздние порождения мифологической фантазии человечества, как лохнесское чудовище, свирепый древний бог Дагон и гигантская акула из фильма «Челюсти» – таковы ближайшие родственники шумерской Тиамат; все они воплощают в себе идею первозданного хаоса, скрытого в глубинах вод.

    Будучи стихией, враждебной человеку и недоступной для него, вода обрастает широким спектром соответствующих символических значений. Прибывающая вода символизирует опасность для жизни (ср. в Книге Иова: «объяли меня воды до души моей, морскою травою была увита голова моя»); водные глубины – символ всего неизведанного, непонятного и опасного – «в тихом омуте черти водятся». Вода в образе потока или моря несет в себе значение непреодолимой или труднопреодолимой преграды – метафора, особенно популярная в буддизме, где «пересечь поток» значит пройти через мир иллюзий и обрести просветление. Поток воды символизирует неумолимое течение времени – этой «реки, в которую нельзя войти дважды». Отсюда проистекает символическая связь текущей воды с забвением, породившая образы пограничных рек загробного мира – Ахерона, Стикса и Леты; и, может быть, именно в силу этой связи древние славяне отправляли своих мертвецов вниз по течению рек.

    Вместе с тем, существует и другой ряд символических значений воды, порожденный тем фактом, что она необходима для жизни человека и растений. В иудаизме с водой традиционно сравнивается Тора, поскольку эта священная книга, во-первых, привлекает всех жаждущих, во-вторых, распространяется по всей земле, в-третьих, служит источником жизни, в-четвертых, исходит с небес, в-пятых, обновляет душу, в-шестых, очищает, в-седьмых, течет сверху вниз и превращает простой сосуд в драгоценность, и, наконец, служит пищей для роста.

    Учение Христа также часто сравнивается с водой, привлекающей жаждущих и распространяющейся по всей земле. Христианское крещение представляет собой обряд, где вода символизирует обновление, очищение и освящение. У мусульман вода служит символом милосердия, знания и жизни. В мифологии южных славян реки и ручьи – это сосуды, по которым течет кровь Земли. Вода служит символом здоровья – недаром в старину говорили: «Будь здоров, как вода»; и, быть может, именно на этом символическом значении воды основан весь психологический эффект водолечения.

    Человек не может жить без воды – но человек не может жить в воде. Человек жаждет воды – но он же бежит от воды, когда та обрушивается на него в виде дождя или потопа. Человек боготворит воду, когда страдает от жажды – и выплескивает воду из кружки, когда утолит жажду. В чем-то это похоже на отношение мужчины к женщине; и не случайно в патриархальных культурах вода символизирует женское начало. «Пей воду из твоего водоема и текущую из твоего колодезя» – сказано в Книге Притчей Соломоновых; тем самым подразумевается, что мужчина должен довольствоваться законной женой и не бегать на сторону. В противовес этой библейской премудрости была выдвинута нашумевшая теория «стакана воды», гласившая, что в коммунистическом обществе половая потребность должна удовлетворяться так же просто и естественно, как голод или жажда. Весьма символично, что в названии этой теории фигурирует именно вода, а не молоко или хлеб; однако даже самые рьяные ее сторонники вскоре убедились, что и при коммунизме лучше (и безопаснее) пить из своего стакана.

    Но «половая принадлежность» воды не столь однозначна. Дождь, льющийся с небес, почти повсеместно сравнивается с мужским семенем, оплодотворяющим женщину-Землю. В связи с этим во многих культурах вода подразделяется на «живую» (т. е. небесную, плодородную, пригодную для питья) и «мертвую» (подземную, соленую, застоявшуюся и опасную для жизни). Постепенно истоки этого разделения забываются, и в фольклоре (а также в жаргоне народных цели фольклоре (а также в жаргоне народных целителей) живая и мертвая вода превращаются в некие снадобья с фантастическими свойствами. Тем не менее, даже в самом современном варианте этого медицинского мифа «живой» считается вода с положительного электрода (символизирующего мужское начало), а «мертвой» – вода с отрицательного электрода (женское начало).

    Вода обладает свойством растворять твердые вещества; вода замерзает и испаряется в природных условиях, и, таким образом, становится символической стихией превращения. Этот аспект мифологии воды наиболее хорошо изучен К. Г. Юнгом. Согласно его исследованиям, сновидения, связанные с погружением в воду, чаще всего говорят о близящихся переменах в нашем сознании и о нашей готовности (либо о нежелании) принять эти перемены.

    Еще одно свойство воды – обтекать препятствия и соединяться вновь, постепенно разрушая самые твердые преграды – стало весьма знаменательным для философии китайских даосов. Здесь вода считается символом мягкости и податливости, в которых скрыта твердость и истинная сила. В европейской культуре это свойство, напротив, сделало воду символом упорства и настойчивости (ср. «капля камень точит»). Очевидно, символическое значение воды здесь зависит не столько от ее свойств, сколько от того, как человек воспринимает эти свойства.

    Классический тому пример – выражение «лить воду», в той или иной форме присутствующее во всех европейских языках. Вода – самая дешевая из жидкостей; недобросовестные торговцы разбавляют ею молоко и вино, а недобросовестные ораторы уподобляются им, разбавляя свои речи пустопорожней болтовней. Однако такое сравнение пустословия с водой едва ли будет понятно жителям пустыни – например, бедуинам, для которых журчание воды служит символом высокой поэзии.

    Реклама